— Минутку, минутку, Мейер, такого предложения не поступало!
— Яков его внес.
— Яков не вносил никаких предложений. Он лишь высказал мысль. Кроме того, он — предсе…
— Господа! — гаркнул Вассерман, орудуя линейкой. — Зачем все эти предложения, поправки и поправки к поправкам? Я предлагал — я не предлагал… Говорите прямо: откладываем контракт раввина до той недели или не откладываем?
— Да!
— Конечно! Почему бы не отложить? Раввин никуда не убежит.
— Нам нужно более широкое представительство. Хотя бы в знак уважения к раввину.
— Хорошо, — сказал Вассерман. — Тогда давайте закругляться. Если нет никаких других дел… — он на мгновение умолк. — Нет? Значит, заседание объявляется закрытым!
4
Во вторник погода была ясная и мягкая, поэтому Элспет Блич и её подружка Силия Сондерс, которая присматривала за детьми Хоскинсов, ближайших соседей Серафино, повели своих подопечных в парк, представлялвший собой неухоженную лужайку в нескольких кварталах от храма. Прогулка напоминала перегон домашней живности: дети бежали впереди, но, поскольку Джонни Серафино был ещё очень мал, Элспет, по обыкновению, прихватила с собой коляску. Иногда Джонни шагал на своих двоих, уцепившись за борт или хромированную ручку коляски, но время от времени забирался внутрь и требовал, чтобы его везли.
Прошагав футов пятнадцать, Силия и Элспет останавливались и проверяли, где дети. Если малыши отставали, женщины звали их или бежали назад, чтобы разнять, а то и заставить выбросить какую-нибудь дрянь, подобранную в сточной канаве либо выуженную из мусорного бака.
Силия не оставляла попыток уговорить подружку провести четверг, их выходной день, в Сейлеме.
— У Эйделсона распродажа, и я хочу присмотреть себе новый купальник, — соблазняла она Элспет. — Мы могли бы сесть на автобус в час дня…