У советского правительства тогда хватило выдержки не вмешиваться, ограничившись военно-технической помощью и вооружением, посылкой советников и обучением афганских военных. Однако осенью 1979 года просьбы о помощи приобрели буквально истерический характер - в стране повсюду шли беспрерывные стычки с формированиями оппозиции и мятежными племенами.

23 декабря 1979 года в "Правде" появилось сообщение: "В последнее время западные, особенно американские, средства массовой информации распространяют заведомо инспирированные слухи о некоем "вмешательстве" Советского Союза во внутренние дела Афганистана. Дело доходит до утверждения, что на афганскую территорию будто бы введены советские "боевые части". Все это, разумеется, чистейшей воды вымысел". Однако приказ о вводе войск был уже отдан. Через несколько дней Л.И. Брежнев в интервью той же "Правде" объяснял его необходимостью "не допустить превращения Афганистана в империалистический военный плацдарм на южной границе нашей Родины".

На выбор Кремлем пути военного решения проблемы повлияло сочетание сразу нескольких причин: стремление поправить в свою пользу геополитическую обстановку, расширяя число государств социалистической ориентации, и идеологическая убежденность в правоте "революционного процесса". Свою роль сыграло и уже шедшее втягивание СССР в разгоравшуюся войну - военно-техническое, экономическое и моральное. Вера в "единственно правильное учение" и правоту силы подтолкнуло советское правительство к постановлению - "направить в Афганистан ограниченные воинские контингенты для выполнения задач, о которых просит правительство Афганистана. Эти задачи состоят исключительно в том, чтобы оказать содействие Афганистану в отражении внешней агрессии". Попутно передовым отрядам десантников поручалось избавиться от наиболее одиозной части кабульского правительства, подозревавшегося в готовности "сдать страну американцам".