Зыбко... а нарисую, и легче, страх улетел или растаял внутри, дышу глубоко, смотрю кругом, ведь все не так уж плохо, да?.. как ты говоришь, "чудо, что мы живы". И я чувствую - да! особенно, когда смотрю на закат, лохматые деревья у дома, на свою дорожку, она чистая, сухая...
Но сначала о Жасмине, из-за него много трудностей было, нервотрепка и суета.
x x x
И все-таки ты зря тогда обиделся на него, помнишь, он не ел нашей еды, сталкивал презрительной мордой миску с балкона... Ему плохо, я тебе сказал, несчастный зверь, выпавший из своей особенной жизни, а ты - "кремлевское рыло... знаю я их, и пасть у него, как у всех там - кривой скобкой, углы опущены брезгливо, и защечные мешки, обяза-а-тельно, нет, ты посмотри!.. "
Но я знаю, ты быстро забыл, и любишь его, сам ведь нашел, притащил, вызывал врача, правда, бесполезно, "выбросите, говорит, эту рухлядь или усыпите..." Малов, как может врач так говорить?.. Мы с тобой тогда сели, ты читал, я слушал, потом я читал, ты своего добился... и помаленьку разобрались, пусть не ходит, все-таки вылечили ему ноги, с виду целые и не болят почти... А как боролись с ним, помнишь?.. он же нас чуть не съел!.. И я радовался, что он сталкивает миску, пусть презирает нас за бедность, и что плохо лечим, зато живой, живой... Ты же сам говорил мне - "главное, мы живы, пусть вокруг беснуются, все разбито и потеряно, дважды засрано... прости, я не хотел, так уж вырвалось, но ты так говорил, я помню.