- Но мы же ей объяснили,- также тихо прошипел Михаил.- Она не может не догадываться, что в мире кроме нас кто-то есть. На улице постоянно автомобили, в доме водопроводные трубы гудят, канализацию спускают, соседи включают музыку, орут. Не будь наивной, она понимает.

- Откуда она может понять? Ну, откуда? Она думает, так и надо. Этот шум не за стеной, а в квартире у нас, в стене. Или ты ей всё объяснил?

- Подумай, каждый день я ухожу на работу с пустыми руками, а возвращаюсь с продуктами.

- Ты ей всё объяснил?

- Ничего я не объяснял.

- Сегодня она досчитала до двадцати.

- Ты и это думаешь - я?

- Ну, а кто?

- Я ее не учил.

- Ты плетешь интриги у меня за спиной!

- Наташа, надо смотреть правде в глаза. Девочке исполнилось четырнадцать. При ее болезни такой возраст - редкость. У нее отсталое развитие, но она многое понимает. Я боюсь, она понимает больше, чем мы о ней думаем. Мы должны покаяться перед Жасмин. Да, Наташа, мы виноваты. Хватит.

- Миша, ты опять за своё? Хочешь меня добить? Тебе доставляет удовольствие меня мучить?

- Долго так продолжаться не может. Я уверен, что она нас простит. Разумеется, простит, Наташа, не бойся. Жасмин добрая девочка, у нее золотое сердце.

- Что она должна мне прощать? Что? В чем я виновата? Кто мне сказал? На обследовании мне сказал об этом хоть один врач? Даже намеком?!

- Наташа, они не знали. Ничего поделать нельзя. Детская старость, прогерия Хатчинсона-Гилфорда - не наследственная болезнь, ее невозможно предугадать, у каждого больного она заново возникает. Точечная мутация ДНК. Изменен один нуклеотид в гене белка Ламин А - он находится в первой хромосоме. Всего один нуклеотид! В этом мы не виноваты с тобой.

- Сами сволочи и вся их наука!

- Наташа, Наташа, Наташа, я тебя понимаю. Я давно не спорю. В этом был смысл. Да, был смысл, был. Я согласен. Но обстоятельства изменились. Жасмин становится взрослой. Это надо принять. Нужно смириться с этим, Наташа. Ради ребенка.