Тогда зачем же здесь, в таком неподходящем месте как США, продолжать думать о душе, а не о телесных удовольствиях, да еще писать по ночам дурацкие трактаты о счастье, вместо того, чтобы спокойно спать, а днем зарабатывать деньги и тратить их на свой фан? Неувязочка получается, как в известном анекдоте. Выходит, системный аналитик может понять и формализовать любой бизнес, а вот что делается в его собственной голове - понять не может, и надо бежать разбираться с этим к профессиональному психоаналитику, которых в Америке тьма тьмущая. Однако, еще неизвестно, что эти психоаналитики на самом деле умеют. Если бы они действительно умели понимать, что у пациента в голове, и доходчиво ему это объяснять, понадобилось бы всего несколько сеансов. Но люди к ним ходят годами, и берут они с них немалые деньги, а очевидных результатов нет. Просветлением и не пахнет. Что-то здесь явно нечисто!

О, если бы мы умели с ранней юности осознать все свои желания и найти наилучший способ их скорого и наиполнейшего удовлетворения, как легко и приятно было бы умереть молодым, осознав, что быстро и без остатка взял от жизни все, чего хотел, и миссия твоя завершена и согрета лучами такого невероятного счастья, которому не страшны ни вечные муки, ни вечное забвение. Еще замечательнее, если бы мы могли завершить эту миссию еще до рождения - ведь тогда вообще не было бы необходимости появляться на свет и претерпевать все связанные с этим неудобства, утешая себя надеждой на сомнительное счастье. К великому сожалению, так не заведено на белом свете, и человек мыкается по жизни долгие годы, и его неутоленная душа гоняет по Земле дряхлеющее тело, стегая его плеткой желаний и держа перед носом вялую морковку, называемую надеждой.

Почему-то ночью возраст воспринимается особенно болезненно. Не то, чтобы страшно, а как-то непривычно, неприятно. Когда вдруг воспоминания десяти или двадцатилетней давности подступают так, как будто это случилось вчера, и сознаешь, что с той поры не продвинулся ни на шаг в решении тех загадок, которые задала некогда жизнь, становится непонятно, как жить дальше, если нет развития, нет поступательного движения вперед.