Иностранец беспокойно обошел комнату. Ему казалось, что чьи-то невидимые глаза наблюдают за ним, и чувствовал себя, как волк в капкане. Он огляделся, подмечая каждую деталь.

Комната была небольшой. В ней имелось несколько дверей. Немного стульев, дорогой персидский ковер, диван и большой стол красного дереве составляли обстановку. Стены увешаны оружием, а стол просто завален грудой клинков, арбалетов и прочей амуницией. Такая коллекция вне музея встречалась довольно редко.

Иностранец сел к столу и стал с искренним интересом изучать оружие.

В то время как он его осматривал, через одну из дверей вошел какой-то человек. Преклонных лет, сморщенный, маленького роста и сухой, сутулый от старости, одетый в домашний халат, комнатные туфли и с красной турецкой феской на почти совсем лысой голове.

Иностранец встал.

– Значит, вы пришли? – сказал старик насмешливым тоном. – Я вас ждал.

Хозяин прошел к столу.

– Вы заинтересовались моей коллекцией? – спросил он. – Что вы о ней думаете, а?

– Одна из самых лучших, какие мне когда-либо приходилось видеть, – заметил иностранец, впервые заговорив.

– Вы так полагаете? Вы правы. – Старик обвел рукой комнату. – Это только часть моей коллекции, и все же здесь вы найдете оружие всех времен и народов. Оно вам знакомо?

– Да.

– Ну что ж, хороший работник должен знать предмет своей торговли. Но, – и здесь насмешливые нотки опять появились в его голосе, – не обольщайтесь. – Он поднял короткий кинжал с широким, круто изогнутым лезвием. – Что это?

– Черей из Афганистана, сделан в Газни, – ответил иностранец, мельком взглянув на оружие.

– А это?

– Даякский паранг-паранг с Борнео.

– А это?

– Кинжал милосердия итальянской работы.

– А это?

– Бронзовый калмыцко-татарский остроконечный шлем примерно пятнадцатого века.

– А это?

– Французская средневековая кольчуга.

– А это?