В углу стоял какой-то очень большой предмет. Он был покрыт тяжелой темной бархатной накидкой, но даже в таком виде казалось, что под ней скрывается что-то зловещее. Гордон долго его разглядывал.

Ученый прошел вперед и встал перед закрытым предметом.

– Под этой тканью, – сказал он, – находится нечто, по сравнению с чем танки, шрапнель, газы и подводные лодки станут детскими игрушками!

Гордон шагнул вперед и остановился возле стола. Он машинально отметил, что на столешнице лежат три или четыре средневековых меча. Длинные, массивные обоюдоострые мечи.

– Показывайте, – сказал он.

Ученый взялся за ткань и драматическим жестом сдернул ее.

Там стояло нечто похожее на металлическую статую, около восьми футов в высоту.

Отлитая в металле фигура человека казалась произведением искусства, более того – шедевром талантливого скульптора. Лицо статуи устрашало, в нем не было ни единой линии или черточки, указывающей на мягкость или слабость. Лицо, отражающее грубую первобытную жестокую силу. Злобное, сильное лицо.

Казалось, что части этой скульптуры отлиты из стали; плечи, шея, локти, бедра, колени, лодыжки и пальцы были защищены стальными пластинами, чем-то напоминавшими средневековые доспехи.

– Ну, – сказал ученый нетерпеливо, – что вы об этом думаете?

– Что такое, не понимаю, – заметил Гордон. – Я вижу только статую, замечательную статую. Я в восторге, но это всего лишь статуя, подобная тем, которые я вижу на улице каждый день, за исключением лица.

Старик вскочил:

– Статуя! Глупец! Смотрите, эта "статуя" из металла! Из какого?

Гордон постучал по ней. Глаза его загорелись неподдельным интересом.

– Сперва я подумал, что это гарвардская сталь, но теперь я не уверен.

– Гарвардская сталь! Вздор! Это сталь моего изобретения. Вдвое прочнее, чем сталь Круппа. Ее нельзя взорвать гранатой. Ее нельзя пробить пулей. Слушайте, я открою вам секрет Железного воина.