Любому из моих друзей ты можешь оставить на часок в центре города свой "Мерседес" без всякого риска, что машину уволокут на штрафную площадку; захочешь .понюхать" или "пустить по вене", поставить на бейсбольную команду или же пожелаешь добавить в свою жизнь капельку нежности -- они всегда позаботятся, чтобы ты получил именно то, к чему нынче предрасположен... А кроме швейцаров я познакомлю тебя с кинозвездой-собакой и с нищим таксистом, который разбогател в течение считанных дней: я покажу тебе, читатель, тот особый Нью-Йорк, каким его видят водители желтых кэбов, а если тебе любопытно -- научу, как украсть чемодан...

Если же ты, мой читатель, человек нуждающийся и честный, я охотно подскажу тебе, как вечерком подработать полсотни -- без желтого кэба, на твоей частной, видевшей виды машине. Мы нырнем в тревожный сумрак Вест-сайда, минуем кордоны проституток у руин заброшенного шоссе, оставим позади старый пирс, где в былые времена гуляли стада педерастов3, и остановимся у одного из неприметных баров на безлюдном по вечерам Уолл-Стрите: у "Харрис Америкэн", "Харрис Хановер" или у тайного публичного дома на Гринвич-стрит. Мы подождем с четверть часика, пока под звезды не вывалит очередная компашка дельцов, зашибивших сегодня на бирже и по этому случаю крепко поддавших. Мы крикнем им: "Лимузин -- по дешевке! Квитанции на двойную сумму!", и ты увидишь, как от загоготавшей в ответ ватаги отделятся двое, которым кажется, что они -- самые трезвые. Они идут договариваться, и, считай, что наши деньги уже в кармане; остается только насажать в машину как можно больше этих пьянчуг. Пусть один шумит, что ему нужно в форт Ли, а другой заказывает Бруклин-Хайтс -- не обращай внимания; постарайся, если можешь, запихать их в машину всех до единого, а предупреди лишь о том, что платить будет каждый в отдельности.