Они заказали новую порцию виски, потом повторили, наблюдая за танцорами, особенно за своими будущими жертвами, которые регулярно отводили партнерш-китаянок к своим столам. На шестом стакане пятерка почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы перейти к действиям. Они дождались, пока закончится танец и шесть американских матросов займут свои места вместе с танцовщицами.

– Твой ход, Арки! – сказал капитан Грей.

Старший сержант медленно встал.

– Молитесь за меня, морпехи! – бросил он, прежде чем уйти.

В полутьме он прокладывал себе путь между столиками, рассыпаясь в извинениях всякий раз, когда невольно наступал на чью-нибудь ногу. Он достиг своей цели, когда оркестр начал медленную мелодию с китайскими мотивами. Тяжело опершись на плечо одного из матросов и взяв его стакан, Гребер сказал заплетающимся языком:

– Ваше здоровье, малыш!

Он выпил стакан одним глотком и отставил его. Остальные засмеялись.

– Твое здоровье, дедушка! – ответили они.

Он смерил их возмущенным взглядом.

– Кто обозвал меня дедушкой? Я моложе вас, маленькие мерзавцы!

Он снял с головы одного из них бескозырку и разорвал ее пополам без видимого усилия.

– Попробуйте сделать то же самое!

Побледневший пострадавший поднялся.

– Тебе не следовало этого делать, морпех, – возмутился самый старший из моряков. – Ты можешь нарваться на неприятности...

– Ты дерьмо передо мной! – заорал старший сержант.

Потом он сделал вид, что только заметил одну из девушек, которая веселилась, не понимая, что готовится, и погладил ее по шее.

– Какая хорошенькая! Ты мне ее дашь, матрос? Конечно, дашь... Иди сюда, куколка. Приласкай джентльмена Арки.

Он заставил ее встать. Все моряки в ярости вскочили.

– Оставь эту девчонку, "сахарная задница". Ты слишком далеко заходишь.

Гребер сделал вид, что не слышал, и потащил китаянку к дорожке. Кавалер красавицы шагнул, чтобы преградить ему путь, и изо всех сил ударил ниже пояса. Гребер успел напрячь брюшные мускулы, и удар не причинил ему особой боли, однако он завизжал, как свинья, которую схватил мясник: