– Не все...

– Неважно. Они начинают с прогулки по двум-трем сингапурским паркам развлечений, потом идут танцевать... Заканчивают они, разумеется, в борделе... И исчезают! Просто так! Пшик! Не оставляя следов.

Браун поморщился и кивнул.

– Именно так... На определенной стадии своего загула, ближе к концу... Можно подумать, они проваливаются в люк... Улетучиваются.

– И это происходит только с парнями из Шестого, только с "сахарными задницами"?.. С другими такого не бывает?

– С другими не бывает.

Юбер встал и подошел к окну. Прохлада в комнате освежила его, и он больше не потел.

– Что вы об этом думаете?

Браун пожал плечами.

– Я рассматривал все возможности, но по-прежнему не сдвинулся с мертвой точки.

– Дезертирство?

– Немыслимо. Морские пехотинцы не дезертируют. Это отборный род войск. Почему это происходит только с парнями из Шестого полка?

– Месть?

– На таком уровне?.. Ребята из Шестого после Белло

– Торговля формой и военными удостоверениями?

Юбер сделал несколько шагов к книжному шкафу, занимавшему целую стену комнаты. Браун немного поколебался, прежде чем ответить вопросом на вопрос:

– Кому это выгодно? Я столкнулся с одним делом такого рода в Лондоне, в сорок третьем... Но ведь война давно закончилась.

– У холодной войны есть свои требования.

– Если бы было нужно забрать только форму и документы, ребят, живых... или мертвых... нашли бы голыми. Вы не хуже меня знаете, что крайне трудно спрятать даже одно тело, а уж семнадцать – тем более.

Юбер издал нечленораздельное бурчание. Его взгляд блуждал по огромной настенной карте, висевшей над столом Брауна и представлявшей большую часть Азии между двумя тропиками – от западного побережья Индии до Маршалловых островов. Браун вынул изо рта сигарету, сбросил пепел в большую раковину с шипами и добавил: