Из Кандалакши путешественник направился на север, в глубины Русской Лапландии, как называли тогда этот дикий и неисследованный край. Осторожной походкой опытного охотника двигался он через ягельные боры, по подгнившим гатям преодолевал зыбкие пространства болот. На легкой лодке переправлялся через озера и тихие речные плёсы. Светлые полярные ночи проводил у костров, в тихой беседе с проводниками-лопарями. Вслушивался в их неторопливую речь. Всматривался в окружающие его лесные чащи. Здесь, в глубине Лапландии, в трех днях езды от Петербурга, путешественник открыл незнакомый жителям городов мир, "почти совсем не изученную страну". В центре этой страны, в обрамлении гор, лежало обширное озеро, Имандра.

"Имандра.- записал путешественник в своей походной тетради, - это мать, молодая, спокойная. Быть может, и я когда-нибудь здесь родился, у этого пустынного спокойного озера, окруженного чуть видными черными горами с белыми пятнами. Я знаю, что озеро высоко над землей, что тут теперь солнце не сходит с неба, что все здесь прозрачно и чисто, и все это потому, что очень высоко над землей, почти на небе".

Поразительным было это озеро: непотревоженный уголок планеты, еще неведомый и прекрасный в своей первозданности.

Свои записки об Имандре путешественник соединил с другими, составившими лирический путевой дневник его странствий по Русскому Северу. Книга эта не только открыла нашим соотечественникам полный своеобразия и поэзии край, но и внесла имя своего автора в число первых имен русской литературы начала нашего века. Книга называлась "За волшебным колобком". Написал ее Михаил Михайлович Пришвин.

Во время своей поездки по Лапландни Пришвин с проводником поднялся на западный склон Хибин. Озеро виднелось далеко внизу, здесь же путников окружали мрачные скалы, жалкий кустарник да замшелые валуны. Суровый, безлюдный вид местности рождал чувство подавленности, стремление разрушить глухие стены безмолвия, сумрака и одиночества.