Увидев Иренея, господин Бланшар вытащил свой портсигар.

– Закуривайте,– сказал он, и под его пальцами захрустела настоящая гавана.

– Охотно,– отвечал Иреней,– но с одним условием.

– С каким?

– Что это не помешает вам по-прежнему разгуливать по салону, по крайней мерс, если вам того хочется.

– Хорошо,– произнес господин Бланшар.

И паркет салона снова ритмично заскрипел под его ногами.

Иреней уселся в кресло, обдумывая, как бы завести разговор о двух вновь прибывших. Проницательность господина Бланшара была ему известна, и ом отнюдь не хотел испытать ее на себе.

– Как вам нравятся эти сигары? – сделав десятый круг по комнате, спросил господин Бланшар.

– Они великолепны! Превосходны!

– Если бы они не говорили сами за себя, я мог бы рассказать вам, откуда они прибыли, и посвятить вас в хитрости мошенников, которые мне их продали; но эти истории я держу в запасе для пресыщенных курильщиков.

С этими словами он возобновил ходьбу.

В течение пяти минут Иреней молча следил за ним глазами.

По прошествии этих пяти минут он решился прервать молчание; поручение, которое дала ему графиня д'Энгранд, помогло ему начать разговор.

– Господин Бланшар! – передвинув свое кресло, заговорил он.

– К вашим услугам, господин де Тремеле!

– Я далек от желания быть нескромным, но готов побиться с вами об заклад, что догадываюсь о том, что занимает ваши мысли.

– Что занимает мои мысли… в настоящий момент?– внезапно остановившись, спросил господин Бланшар.