- Невозможно, - сухо парировал Рашид. - Никакого зада. Давным-давно отделался от него. А вот компаньон у меня неисправимый лентяй.

Акепр фыркнул и бросил:

- Заскочи ко мне, когда закроешься, дружок. Не забудь надраить ботинки.

- Ладно. Около шести - тут надо прибраться немного. Куда отправимся?

- Узнаешь, когда придешь.

- Таинственные предвыборные интриги?

- Что-то вроде. Но ничего таинственного. Просто нужно повидать одного мужика. Около девяти, так что у нас будет время перекусить и пропустить пару стакашек.

- О'кей, Акпер. В шесть.

- Договорились. Пока.

Положив трубку, Рашид улыбнулся. За небрежной насмешливостью Акпера, знал он, скрывались редкая среди мужчин преданность и готовность снять с себя последнюю рубашку ради друга. Подняв глаза, Рашид увидел нового покупателя.

Это был маленький человечек с кривым носом.

- Я вернулся за пушкой, - сказал он.

- Ах да. Вы были здесь вчера.

- Точно. Я - тот самый товарищ Дырнагов, который должен был остыть к сегодняшнему дню.

- Припоминаю: "Гюрза". Минутку. - Рашид нырнул под прилавок, достал револьвер и патроны и аккуратно упаковал их для ожидающего клиента. Затем взял журнал и проверил сделанные накануне записи.

- Что это такое? - спросил человечек, ткнув пальцем в бело-зелено-желтые страницы журнала.

- Проверяю, все ли я записал. Мы обязаны регистрировать продажу оружия: серийный номер, имя покупателя и так далее. Таково требование закона.

- Вот как? От меня больше ничего не нужно?

- Нет, все в порядке. Заходите еще.

Человечек кивнул и вышел.

В шестом часу Рашид бросил два конверта с копиями бланка о продаже Дырнагову револьвера "Гюрза" 44-го калибра в почтовый ящик на углу Проспекта Нефтяников.

Адресатами были Военная прокуратура и управление Полиции Азербайджана.

В этот момент в 30 километрах маленький человечек передавал недавно купленный револьвер Омару Бармагову в его кабинете над клубом "Хазар".