- Нет. Ничего. В ячейках только ключи от обоих номеров.

- Не наведете ли справки: приходил ли вообще Акпер Ахундов сегодня ночью? Я буду вам весьма благодарен.

- Обязательно, сделаем. Перезвонить вам?

- Не надо. Я позвоню вам сам. Спасибо. - Рашид повесил трубку и повернулся к стойке.

Нюня встретила его улыбкой, но, увидев выражение лица Рашида, поспешно спросила:

- Что случилось? Рашид покачал головой:

- Вероятно, ничего. Акпера нет в номере... Непонятно. Когда ты с ним рассталась вчера, Нюня?

- Через несколько минут после того, как ты ушел с... после твоего ухода.

- И больше ты его не видела?

- Нет.

- Странно. Мне казалось, что он собирался вернуться в отель.

Он уселся на свой табурет в тот момент, когда Вадим ставил перед ними тарелки: толстый лангет с гарниром - крупный зеленый горошек и картофель и ростовскую уху.

- Самые лучшие русские блюда в городе, - заверил их Вадим.

- Единственные в городе в этот ранний час, - поправила Нюня и взглянула на Рашида:

- Ты всегда объедаешься по утрам?

Он ухмыльнулся:

- Обычно да.

- Не знаю, справлюсь ли я с этим. - Она нахмурилась, глядя на стоящую перед ней полную тарелку.

- Ешь, нарасти немного мяса на свой скелет. Она удивленно приподняла брови и проговорила ледяным тоном:

- Благодарю вас, господин Гатыгов. Я вполне довольна тем мясом, что уже есть на моем скелете. Рашид ухмыльнулся и встал:

- Пожалуй, ты права. Щас позвоню еще раз. Он чуть отошел от стойки, названивал и смотрел на нее, когда до них донеслось первое завывание сирены, перемежавшее высокие и низкие тона, становившееся все громче и переходящее в жуткий вой.

Нюня взглянула на Рашида:

- От этих сирен у меня всегда мурашки по коже бегут. Я думаю о гончих, преследующих людей на болотах. Как в старых английских детективах.

Рашид кивнул:

- Кажись, они направляются прямо сюда. Сирена уже звучала у них в ушах, ее высокий жалобный вой сменился самым низким регистром, перешел в хрипло-басовитое ворчание. Черно-белая патрульная машина остановилась у открытой двери кафе.