А он все наскоком, наскоком:

– Ты чья будешь?

– Ничейная.

– Муж есть?

– Нету.

– Отлично! А почему нет? Не берет никто, или сбежал?

Маруся потемнела лицом, плечи уронила, прошептала: «Загинул…»

– Из раскулаченных?

– Не-не… – Тут она испугалась всерьез. – Конокрад… И охота тебе спрашивать?

– Кхм… Ясно. Хочешь, чтоб конокрад, пускай конокрад, – помолчал и вдруг четко, не вихляясь: – Выходи за меня!

– Твой намек мне невдомек. – Маруся ошалела, поднялась, отряхнула юбку. – Ну ты и забавник, паря.

Встал рядом, сжал руку решительно и, не отводя глаз, твердо:

– Я не шучу. Пойдешь?

Так сказал… Так сказал, откажи она – все! Конец белу свету, рухнет мужик замертво…

Маруся – сама от себя не ожидала – как даст деру.

Оглянулась:

– Да! Пойду! Пойду!

Ванька догнал, сшиб с ног.

– А ну говори точно: пойдешь? Слово?!

– Слово.

Маня, конечно, не дурочка с переулочка, вмиг разгадала молодецкие прихваты, но тронул Иван стылое сердце своей искренностью бесшабашной.

– Тогда прямо сейчас распишемся. Айда! – и вдруг нежно, с интересом: – Я чего, красивый, что ль?

– Ты-та?! Да не-е… Ну, и не поганый. Ты шталомный да духарик притом! Гляделки у тя строгие, будто сердитый. Эт если второпях смотреть. А задержисьси подоле – мальчишечьи совсем. И еще ты – балаболка и смешливый.

Иван взял за руку, подвел к бригаде:

– Вот, ребята, я жену себе нашел.

Глава 6

Вечером посидели за чаркой. Обмыли событие. Как без этого? Скороспелый муж не отрываясь, в упор разглядывал Марусю. А она чувствовала себя растерянной. Чужая компания. Разговоры, где половина слов не понятна. Еда, какую в жизни не пробовала. И вдобавок Иванушка без конца и края целовал обветренную, грубую, крохотную руку, от чего она смущалась до одурения.

Стремительная перемена в ее жизни была похожа на сон.