— Мне на днях будут деньги передавать за услуги, — оглянувшись по сторонам, перешел на шепот однокашник. — Как ты сам понимаешь, черный нал. Сумма немалая; боюсь, кинут.

— Сколько?

— Штуки зелени хватит? — решив, что Антона интересует оплата за услуги, спросил Селедин.

— Сколько передать должны? — уточнил Филиппов.

Глазки Селедина забегали.

«Изменила тебя гражданка, — с тоскою подумал Антон. — Наверняка сейчас думаешь, что процент потребую, а не фиксированную сумму».

— Зачем тебе? — наконец выдавил из себя деляга.

— Странный ты тип, Селедин. — Антон упер руки в колени и пристально посмотрел однокашнику в глаза. — Просишь о помощи, боишься серьезных проблем, а человеку, которого собираешься упросить под пули в случае чего лезть, не говоришь, за что он должен своим животом рисковать.

— Почти лимон, — выдохнул Селедин, на глазах бледнея.

— Не такая уж и большая сумма, — хмыкнул Антон, убирая полотенце в сумку.

— Евро, — одними губами проговорил Селедин.

Антон замер, не веря своим ушам:

— Это что же ты и откуда возишь, если тебе такие бабки платят?

— Понимаешь… — Константин замялся.

— Не понимаю. — Антон перебросил полотенце через плечо и приготовился слушать.

— Это за год контракта.

— Сколько у тебя машин? — нахмурился Антон.

— Пять, — выдавил из себя Селедин.

— Зарплата водителям. Запасные части, топливо, масло, взятки, — стал перечислять Антон. — Не говорю о налогах… При всем раскладе даже за пять лет ты такую сумму не наскребешь. Колись.

В раздевалку вбежал Сережка.

— Папа, дай полотенце!

— Сам возьми, ты ведь уже большой, — улыбнулся Антон.

Сын с деловым видом открыл кабинку, достал пакет и направился прочь.

— Похож, — протянул Селедин.

— Продолжай, — Антон перевел взгляд на собеседника.