Итак, мы высадились на африканском материке, самом безотрадном, пустынном и неприветливом месте на свете, не исключая даже Гренландии

Здесь именно приняли мы одно из самых поспешных, дичайших, одно из самых отчаянных решений, какое когда-либо принимал человек или группа людей. Решение это было — пересечь самое сердце страны, пройти сухим путем от мозамбикского побережья на востоке Африки до берегов Анголы

Однако, не страшась всего этого, мы решили отважиться и сделать для нашего путешествия все те приготовления, какие только позволяла эта местность и повелевала наша осведомленность в ней.

Уже некоторое время, как мы привыкли босиком ступать по скалам, булыжнику и щебню, по траве и прибрежному песку. Но так как нам предстояло ужасное путешествие по сухому выжженному песку в глубь страны, то мы запасались подобием башмаков. Делали мы эти башмаки из высушенных на солнце шкур диких зверей, оборачивая шкуры волосами внутрь: шкуры просыхали на солнце, и подметки оказывались толстыми и крепкими, и их хватало надолго. В общем, мы понаделали себе, как я это назвал, — и думаю, что название подходящее, — перчатки для ног, и они оказались вполне соответствующими назначению и удобными.

С туземцами, которые были достаточно дружелюбны, мы поддерживали сношения. Я не знаю, на каком языке они разговаривали. Поскольку они могли понимать нас, мы говорили с ними не только о наших припасах, но и о задуманном предприятии; мы расспрашивали, какие края лежат на нашем пути, указывая при этом на запад. Туземцы мало что годного сообщили нам; но после их рассказов мы поняли, что таких ли, иных ли людей мы найдем повсюду; что встретим много больших рек, много львов, тигров, слонов и свирепых диких кошек (это были, как потом оказалось, цибетовые кошки