- Маленькие недоразумения! - воскликнула Чарити.

- Маленькие недоразумения! - эхом отозвалась Мерси.

- Дорогие мои! - сказал мистер Пексниф, все с тем же возвышенным смирением простирая руку к небесам. - Милые! - Выдержав торжественную паузу, он кротко кивнул мистеру Пинчу, как бы говоря: "Продолжайте", - но мистер Пинч до того растерялся, не зная, что говорить дальше, и так беспомощно глядел на обеих девиц, что разговор, вероятно, и закончился бы на этом, если бы красивый юноша, едва достигший возмужалости, не переступил в эту минуту порога и не подхватил нить беседы на том самом месте, где она оборвалась.

- Послушайте, мистер Пексниф! - сказал он, улыбаясь, - пусть между нами не останется никакого враждебного чувства, прошу вас. Я очень сожалею о том, что мы с вами не ладили, и сожалею как нельзя более, если я вас чем-нибудь оскорбил. Не поминайте меня лихом, сэр.

- Я ни одному человеку на свете не желаю зла, - кротко отвечал мистер Пексниф.

- Я же вам говорил, - громким шепотом вмешался мистер Пинч, - я так и знал! Я это от него всегда слышал.

- Так вы подадите мне руку, сэр? - воскликнул Джон Уэстлок, делая вперед шага два и взглядом приглашая мистера Пинча внимательно следить за происходящим.

- Гм! - произнес мистер Пексниф самым кротким голосом.

- Вы подадите мне руку, сэр?

- Нет, Джон, - отвечал мистер Пексниф с почти неземным спокойствием, нет, я не подам вам руки. Я простил вас. Я давно уже простил вас, еще в то время, когда вы корили меня и издевались надо мной. Я примирился с вами во Христе, а это гораздо лучше, нежели подавать вам руку.

- Пинч, - сказал юноша, уже не скрывая своего презрения к бывшему наставнику, - что я вам говорил?

Бедняга Пинч, совершенно потерявшись, взглянул было на мистера Пекснифа, который с самого начала беседы не сводил с него глаз, но так и не найдя, что ответить, перевел взгляд на потолок.