Зуму не нравится тобогган. — Ужасное место. — Силлнер устраивает свой барак. — Кораллы гибнут, но почему? — Мы встречаем отчаянных рыбаков. — Поломка гребного вала. — Мы потеряли управление. — Авария среди ночи.

Перед отплытием "Калипсо" из Монако нас посетили принц Рене и принцесса Грейс. Они подарили нам пса по кличке Зум, сен-губера (Гончая святого Губерта — одна из старых пород охотничьих собак в Европе. — Прим. ред. ), такого роста и мощи, что нам даже показалось сперва, что его присутствие на перегруженном корабле в некоторой степени излишне. Но его славная добродушная морда и особенно потребность в ласке заставили нас смириться с чересчур крупным новым обитателем судна. Зум сумел понравиться всем, даже ушатым тюленям, которые уже несколько месяцев жили на "Калипсо" и сначала вызывали в нем лишь ревнивое чувство.

Посетители, приходящие на стоянках посмотреть "Калипсо", нередко удивляются тому, что мы вышли в кругосветное плавание на таком малом судне. По правде сказать, снаряжения такое количество, а экипаж настолько многочислен — около трех десятков человек, — что мы действительно чувствуем себя довольно стесненно. Потом на борту корабля появляются все новые и новые пассажиры: тюлени, выдры, альбатросы, пеликаны… Нельзя сказать, что все — спокойный народ. А тут еще пес. "Калипсо" — настоящий Ноев ковчег XX века.

Следует, правда, отметить, что хотя размеры "Калипсо" невелики, трудно представить себе судно удачнее приспособленное для выполнения тех задач, какие приходится нам решать. Когда в 1947–1948 годах вместе с моими друзьями Филиппом Тайе и Фредериком Дюма мы обсуждали вопрос, каким должно быть судно-база для подводных научных исследований, наше воображение не сумело создать ничего лучше, чем корабль, которым мы располагаем сегодня.