Молодые еврейские вольнодумцы, увлекавшиеся русской радикальной публицистикой, брали из нее то, что им (35) было особенно близко: провозглашенный Писаревым культ "критически мыслящей" личности имел большее влияние на формирование их мировоззрения, чем альтруизм народников, горевших желанием помочь "серому мужичку". Из среды еврейских "маскилов" семидесятников вышло мало активных революционеров; массовый уход в революционное движение - русское и еврейское - стал уделом последующего поколения. Симон Дубнов был типичным сыном своей эпохи - индивидуалистом рационалистической складки.

Из Могилева, куда он уехал, чтобы возобновить попытку сдать экзамен, стали приходить по адресу новых друзей - сестер Фрейдлиных - длиннейшие письма. Эти послания восемнадцатилетнего юноши, обращенные к привлекательным, полным жизни девушкам, не заключают в себе почти ничего интимного: их содержание добросовестный анализ прочитанных книг и попытки интеллектуального самоанализа. О своих недавних идеалах, о "слепом патриотизме" времен "литовского Иерусалима" автор писем отзывается снисходительно, как о проявлениях умственной незрелости. Он ревностно изучает теперь естественные науки: в небольшом трактате под громким названием "Моя философия" проводится мысль, что "критически мыслящий" человек должен для выработки полного миросозерцания пройти три цикла наук - о мире, земле и человеке, то есть стать энциклопедистом. Провинциалкам, выросшим в мещанской среде, эти мысли казались настоящим откровением, а миссионер энциклопедизма - чуть ли не пророком. Особенно увлекалась новыми идеями вдумчивая Ида; план ухода из родительского дома и поступления в университет мало помалу овладел всеми ее помыслами. Братья Дубновы отнеслись к этому плану с горячим сочувствием и обещали полное содействие.



25 из 273