И тут такое невезение: теща - кержачка твердокаменная.

На автобазе Валя, сияя глазами и ногами, сказала:

- Ты что - с такой торбочкой малюсенькой в рейс? Я сбегаю в киоск, что-нибудь куплю.

- Я сам по дороге куплю.

Охранник по-мужски значительно кашлянул в кулак и осенил его одобрительным взглядом. Макс потянулся за журналом техухода - посмотреть, что там слесаря начудесили, а Валя зашептала: бывший муж позавчера приходил, принес сыну мороженку, а Васька и так лежит с ангиной - перекупался в Каме.

Макс поделился своим:

- А я, представляешь, сам не знаю как вышло, теще навесил справа, полночи в ментовке пробыл.

Обоим стало легче, но не до конца. Валя по молодости лет думала, что нужно что-то еще, чтобы стало до конца легче, и поэтому тихо спрашивала:

- Ну когда же ты придешь?

- После рейса отосплюсь и приду. Коль, - попросил он охранника, - часов в девять позвони ко мне домой и скажи, что я в рейсе.

- Догадываюсь, - сказал Коля. - Я тоже недавно с тещей поругался.

На лице у Коли мелькнуло выражение неоцененного Шерлока Холмса: прозябаю здесь, а мог бы такие дела раскрывать!

Эта автобаза - давно уже "ООО "Аретуза" (шоферы тут же переделали в "Рейтузы"), но Макс по привычке про себя числил ее автобазой.

К вечеру он уже мчался среди тайги, с опасением его со всех сторон разглядывающей: что ты везешь в своей большой прямоугольной коробке? Не вредное ли для моих елей и тварей? На всякий случай приму меры.

Забарахлил мотор. Макс остановился. Развел дымный костерок, чтобы отгонять гнус. Два часа ремонтировал, устал, решил ночевать.

Хотел еще порыбачить, копнул, чтобы червей добыть, а снизу женское золотое лицо уставилось на него, словно вопрошая: "Ну что, зятек, думал удрать от меня, отдохнуть?" Он отпрыгнул, всего обметало потом: так вот кто у меня мотор-то сломал! Покурил.