
Незаметно и неслышно явился ещё человек, тоже лысый, но - маленький, худой, в тёмных очках на большом носу и с длинным клочком седых волос на подбородке.
- В чём дело, людие? - негромко спросил он. Хозяин вскочил со стула, закричал, захохотал, а Евсею стало жутко.
Человек назвал хозяев и дядю Петра людями и этим как бы отделил себя от них. Сел он не близко к столу, потом ещё отодвинулся в сторону от кузнеца и оглянулся вокруг, медленно двигая тонкой, сухой шеей. На голове у него, немного выше лба, над правым глазом, была большая шишка, маленькое острое ухо плотно прильнуло к черепу, точно желая спрятаться в короткой бахроме седых волос. Он был серый, какой-то пыльный. Евсей незаметно старался рассмотреть под очками глаза, но не мог, и это тревожило его.
Лысый хозяин кричал:
- Понимаешь - сирота!
- Это - козырь! - заметил человек с шишкой. Он сидел, упираясь маленькими тёмными руками в свои острые колени, говорил немного, и порою Евсей слышал какие-то особенные слова.
Наконец он сказал:
- На том и кончено...
Дядя Пётр тяжело пошевелился на стуле.
- Вот ты, сирота, при месте... А это хозяин твой...
Человек с шишкой на голове сквозь чёрные очки посмотрел на Евсея и сказал:
- Меня зовут Матвей Матвеич...
Отвернулся, взял стакан, бесшумно выпил чай, встал, молча поклонился и вышел.
Потом Евсей с дядей сидели на дворе, в тени около конюшен, и кузнец говорил осторожно, точно щупая словами что-то непонятное ему.
- Наверно - тебе хорошо будет у него... Старичок - судьбе отслужил, прошёл сквозь все грехи, живёт, чтобы маленький кусочек съесть, ворчит-мурлыкает, вроде сытого кота...
- А он - не колдун? - спросил мальчик.
- Зачем? В городах, надо думать, нет их, колдунов-то.
Но, подумав, кузнец добавил:
- Однако тебе это всё равно. И колдун - человек. Ты вот что знай: город - он опасный, он вон как приучает людей: жена у человека на богомолье ушла, а он сейчас на её место стряпуху посадил и - балуется. А старик такого примера показать не может... Я и говорю, что, мол, тебе с ним ладно будет, надо думать. Будешь ты жить за ним, как за кустом, сиди да поглядывай.
