– Ату его, Гога! Ату!

Тот, знай себе, старается, посерьезней врага зацепить, все за один укус решить. И вдруг, то ли звезды так встали, то ли судьба так распорядилась, а родич мой, как прыгнет, и в горло своему противнику мертвой хваткой, как вцепится всеми зубами. Тот отбивается, мордой трясет.

Толстый такой, мощный, кажется еще мгновение и все, стряхнет с себя бедолагу. Но не тут-то было.

Хрипят оба, один от боли, а другой – вздохнуть не может. Тут до малявки-хозяина наконец-то доходить начало, что собака его богу душу отдает. Он скорее к нему на помощь, а тот уже и не дышит совсем.

Малявка давай орать:

– Уберите собаку! Схватил металлический обломок и давай на родича кидаться. Но зрители тут уже не стерпели, скрутили его, трубу из рук вырвали, чуть-чуть бы и накостыляли. Зря передумали. А родич тем временем глаза закатил, и скулит тихонечко, – помирает. Хозяйка, мамка, да и остальные к нему бросились, стали от врага оттаскивать, а он так зубы сжал, что и сделать ничего нельзя, не разжимает и все. То ли жив, то ли нет, непонятно. Рванный весь, в крови. У бешенного, что когти, что зубы – жуть, – вот и досталось бедолаге. Но кое-как расцепили. Откуда-то машина появилась, старенькая такая, копейка, погрузили и повезли.

Тут меня мамка схватила и потащила домой – Всю ночь не спал, все думал, думал – Как же так? Жил себе пес никому не мешал, слова злого не сказал, и вот тебе – на, чем все закончилось.

Лежу, на Луну смотрю, морда родича перед глазами, окровавленная вся, мертвая – Слезы из глаз катятся, хорошо поблизости никого нет.

Так, да не так – Голову повернул и вижу: мамка рядом. Стоит, смотрит и сама чуть не плачет.

Обнялись мы с ней, поцеловались, села она ко мне на пол, так пол ночи и провели. О чем только не говорили. Испугалась она сильно. Думала, что бешенный, как с родичем покончит, так на нас бросится. Бежать собралась, да не успела. Быстро все случилось.