
Но люди, – они смешные, – смотрят, а не видят, слушают, а не слышат, а сами думают, что очень умные…
Может так оно, конечно, и есть, но ведь самого главного они не понимают. И в этом мы, ребята, должны им помочь, – помочь прозреть. Они же слепые, как щенки. Мучают себя, с кем-то ругаются, кому-то что-то доказывают, а не знают, что нужно просто любить – жизнь, себя, нас, все вокруг. Вот так – Ну да ладно, это все лирика. Что-то меня сегодня на душевное потянуло. Обидно ведь, когда вместо смеха и радости видишь грусть и слезы. Кажется, что человеку еще нужно, все у него есть: две ноги, две руки, голова, – вот только хвоста нет. Но это же мелочи! Так нет же, дай ему покомандовать, поруководить. Он же не может без этого, жизнь теряет всякий смысл. И тут мы, вот мы.
Конечно, мы тоже не сахар. Порой и среди нас попадаются отдельные представители, которых хлебом не корми, дай подраться, поругаться. Но, поверьте, таких не много. Тем более, не зря говорят, каждая собака похожа на своего хозяина.
Вот мы и стараемся, – быть похожими.
Ну да это я так. Люди, они, в принципе, хорошие. Я с плохими, во всяком случае, не встречался.
К чему я все это говорю? – Кажется мне, что пришло время, объяснить, кто мы такие, как живем, что чувствуем.
Люди, послушайте и поймите, ведь мы ничем не хуже вас. Мы так же любим и также страдаем, так же радуемся и так же грустим.
Сейчас я вам все по порядку расскажу. Что с одного на другое прыгать?
Была, не была. Рождение
– Брр – Холодно – Не хочу! – Не хочу!!! Не хочу!!! – Не тяни меня! Слышишь?! Не тяни! Глухой что ли?! Маленький я еще! Маленький! – Мама, мама! Спаси! – Я плакал, кричал, старался изо всех сил зацепиться за что-то родное, теплое, – но все попытки заканчивались ничем. Какая-то страшная сила тащила меня наружу, старалась выплюнуть, избавиться от меня, такого маленького, нежного. А ведь я никому ничего плохого не делал, спал и ел, ел и спал. Вот и все. И вдруг разом все изменилось, тепло, тишина пропали. Свет, шум, гам вокруг, и страшно, очень страшно – Ну, вот, опять! Толчок, все дрожит, стены сдвигаются, дышать нечем. Еще секунда и меня, такого хорошего, ласкового, эта темнота раздавит словно комарика.
