Правда, один раз я ее все-таки завел. Ревнивая она, – но больше – не получается.

– Коли получилось раз, получится еще. Главное не спеши. Увидишь ее, остановись, замри и стой так хоть пять минут. Пусть обратит внимание. Подойдет, а ты вздохни, словно звезду в небе увидел и молчи, молчи – Ей интересно станет. Женщины, они болтушки, обязательно что-нибудь спросит. А ты так, с придыханием, словно ком в горле встал, скажи ей, что она луна в небе, солнце, вышедшее из-за туч.

Вот и все, дело сделано. Она твоя. Понял?

– Понял, – ошарашено прошептал я.

И тут, как нарочно, на самом интересном месте, Татьянка закричала:

– Ричи, гулять!

И почти следом:

– Чарли, ко мне!

Ну вот, проснулись наконец-то. Как всегда, не вовремя. Так хотелось еще поговорить, узнать что-нибудь нужное, и вот на тебе.

– Пошли, парень. Зовут. Ты рядом держись. Я тебе на практике сейчас все покажу. Теория, теорией, а жизнь, жизнью. Пошли.

Как только мы вышли из подъезда, я приблизился к Чарли и пошел рядом, приноравливаясь к его шагу.

В паре мы выглядели совсем не плохо. Конечно, я был на пол головы ниже и не так хорош, как мой друг. Но рыжее всегда хорошо сочетается с черным, а моя легкая, летящая походка, гордая, улыбающаяся физиономия и внутреннее ощущение праздника, делали меня значительно выше и симпатичнее, чем я был на самом деле.

Неожиданно, сразу за поворотом, мы столкнулись нос к носу с очаровательной порой. Одна, совсем еще девочка несмышленых, темненькая, с томным взглядом, как увидела нас, засмущалась, глазки опустила и замерла. Ее подруга стройная, миловидная, выше меня на голову, с тонкой, длинной шерстью, ниспадающей водопадом, сморщила носик и презрительно фыркнула при виде нас.

Я обернулся к Чарли. В первый момент мне показалось, что он вот-вот грохнется в обморок, настолько поразила его та, высокая. Но буквально через секунду понял, что все не так. Он стоял, вальяжно расставив лапы, чуть свесив набок лохматую голову, и вглядывался вдаль.