Подняв мордочку и нахмурив кустистые бровки, я строго взглянул на сестру. Видимо вид при этом у меня был донельзя уморительный. Она чуть в открытую не расхохоталась, но, осознав, что я могу обидеться, сдержалась.

– Яна, Яна! Послышался с кухни хозяйский голос.

– Вот, вот, ее сейчас накормят, а нам потом опять объедки сунут, – проскулила Вики, чем здорово удивила меня.

– Да ну, мне пока обедать совсем не хочется. Недавно только курицу ели. С некоторым непониманием сообщил я.

Почему девчонки такие обжоры? Ладно бы косточку дали, зубки почесать. А то сунут какой-нибудь творог или йогурт, сладкий, противный, колом в горле встает, и ешь его.

– Курицу?!!! Вопрошающе, чуть ли ни с рыданиями воскликнула Вики.

– Да – удивился я. Делает вид, что не ела.

– Курица! – Какая курица?! – Мясо, – жесткое, несъедобное, едва прожевала – И дали-то один кусочек. Аж живот с голодухи подвело.

Ха, сам видел, как уплетала за обе щеки, даже у меня кусок стащила. Я не в обиде, ешь на здоровье. Мама Лариса всегда добавки даст, если попрошу. Только бы не обиделась, а то заметит, что улыбаюсь, и точно щеки надует. Сделаю вид, что смутился. Фух, – кажется, удалось.

– Не волнуйся, следующий раз я тебе кусочек оставлю. Мне не жалко, – предложил я.

– Спасибо, ты настоящий брат. А остальные так и норовят последнее забрать, – обидчиво поблагодарила Вики.

– Борька, Вики, по мне! Кушать, ребята.

– Проходите, пожалуйста, – послышалось из коридора.

Опять кто-то явился. И что им неймется? Походят, посмотрят и уйдут, а тут, как дурак, волнуйся, переживай. Конечно, я пес умный, видный, выгляжу серьезным не по годам, вот и приходиться изгаляться – Побегай, попрыгай, погавкай, полижи. Все, надоело! Больше не буду – Была не была, остаюсь с Ларисой – А, что? – Мысль правильная. Конечно, у нее Яна есть, и еще эту, мелкую, Ирму, оставили. Да, ничего, в тесноте, да не в обиде. Места на всех хватит – Борька! Борька, иди сюда. Покажись – Ну, что еще?