Тем не менее и в таком виде мексиканские солдаты в пути питаются ими: это дешевая пища, и ее удобно нести в ранце. В покинутых лагерях врага я часто видел на траве белые кусочки таких тортилий, как стружки на лесопильне.

Приготовление такого хлеба – а его нужно печь ежедневно, и по три раза каждый день, – составляет главную заботу мексиканских домохозяек. В сущности, это большая часть их работы по дому.

Вдобавок к тортильям, хароко используют еще один вид хлеба – из корня маниоки. Но главное блюдо – все-таки маис.

Питается хароко также бананами, которые жарит на небольшом количестве жира; сладким картофелем, или ямсом; и бесконечным разнообразием тропических фруктов: гуавы, гренадина, авокадо и всего семейства Auranticaceae. Слегка поцарапав почву и бросив семена, харако получает замечательные дыни; с помощью такого же процесса – испанский перец, помидоры и нут. Три дня работы снабжают его овощами на весь год. Неудивительно, что он не любит работу и предпочитает наслаждаться дольчефар ниенте (Сладостное безделье, итал. – Прим. перев.).

В силу привычки он становится настоящим рабом такого образа жизни. Когда дует холодный северный ветер, в хакале становится холодно и требуется разжечь огонь, хароко приходится искать дрова. В лесу, на расстоянии в триста ярдов, их в изобилии. Но рубить дрова и нести их домой – для этого нужны слишком большие усилия. Гораздо легче сесть на лошадь, которая почти всегда стоит под седлом, отыскать дерево, сваленное когда-то бурей, обхватить один его конец лассо и притащить к дому.

Он возвращается; бревно тащит лошадь; дерево отвязывают и зажигают с одного конца; оно сгорает постепенно, и его по мере сгорания передвигают, пока не сгорит все; тогда таким же образом доставляется новое.

Примерно так же добывает хароко воду для домашних нужд. У него есть пара глняных олла, примерно таких же, как та, в которой варится маис.