- На Ваганьково кладбище пойдешь,- вот куда!
- Что ты говоришь, отец?- не понимал дьякон.
- На Ваганьково, на Ваганьково, говорю, пора,- ответил Лаврентий Петрович. Он повернулся лицом к о. дьякону и даже голову спустил с подушки, чтобы ни одно слово не миновало того, в кого оно было направлено.- А то в анатомический тебя сволокут и так там тебя взрежут,- за милую душу!
Лаврентий Петрович рассмеялся.
- Что ты, что ты, Бог с тобой! - бормотал отец дьякон.
- Со мною-то ничего, а вот как тут покойников хоронят, так это потеха. Сперва руку отрежут,- руку похоронят. Потом ногу отрежут,- ногу похоронят. Так иного-то незадачливого покойника целый год таскают, перетаскать не могут.
Дьякон молчал и остановившимся взглядом смотрел на Лаврентия Петровича, а тот продолжал говорить. И было что-то отвратительное и жалкое в бесстыдной прямоте его речи.
- Смотрю я на тебя, отец дьякон, и думаю: старый ты человек, а глуп, прямо сказать, до святости. Ну и чего ты ерепенишься: "К Троице поеду, в баню пойду". Или вот тоже про яблоню "белый налив". Жить тебе всего неделю, а ты...
- Неделя?
- Ну да, неделя. Не я говорю,- доктора говорят. Лежал я намедни, быдто спал, а тебя в палате не было,- вот студенты и говорят, а скоро, говорят, нашему дьякону и того. Недельку протянет.
- Про-тя-не-т?
- А ты думаешь, она помилует?- Слово "она" Лаврентий Петрович выговорил с страшной выразительностью. Затем он поднял кверху свой огромный бугроватый кулак и, печально полюбовавшись его массивными очертаниями, продолжал:- Вот, глянь-ка! Приложу кого, так тут ему аз и хверт и будет. А тоже... Ну да, тоже. Эх, дьякон пустоголовый: "К Троице, в баню пойду". Получше тебя люди жили, да и те помирали.
Лицо о. дьякона было желто, как шафран; ни говорить, ни плакать он не мог, ни даже стонать. Молча и медленно он опустился на подушку и старательно, убегая от света и от слов Лаврентия Петровича, завернулся в одеяло и притих. Но тот не мог не говорить: каждым словом, которым он поражал дьякона, он приносил себе отраду и облегчение. И с притворным добродушием он повторял: