Они познакомились в Лондонском университете в конце семестра. Оба изучали естественные науки. Джеймсон уверял, что любит походы, а Джеффрис надеялся, что они ему тоже понравятся. Джеффриса завораживали умные глаза Джеймсона, по-птичьи близко посаженные к длинному тонкому носу. Джеймсон был весьма красноречив и умел увлечь за собой… Итак, они отправились в путешествие. Они приберегли его на конец летних каникул, чтобы в хорошейформе вернуться к началу занятий. Решили пройти вдоль каналов центральных графств Англии.

– Каналы образуют геометрически правильную сеть, – рассуждал Джеймсон, – увидим потрясающе красивые места. О центральных графствах написано много стихов и прочего вздора, эти края действительно великолепны. Хорошо и то, что туда никто не ездит. Об Уэльсе и мечтать нечего, одна дорога туда нам не по карману, а на Западе или в графствах вблизи Лондона летом не знаешь куда деться от расфуфыренной публики, шныряющей на машинах. Поганый народ. Даже небольшие пивные забиты этими типами. У них-то каникулы круглый год, а они именно летом расползаются повсюду, так что нам, остальным, и деться некуда. Что поделаешь, но меня просто тошнит. От пустых девиц, от бездельников, которым не мешало бы поработать.

– Отвратительно, – искренне соглашался с ним Джеффрис.

Итак, приятели отправились в центральные графства. Шли вдоль каналов от деревушки к деревушке в сторону Миддлхэмптона – там было несколько красивых старых церквей и жила тетка Джеффриса. Ночевали в тавернах, хотя это было не очень-то удобно, а вечерами сидели в зале и пытались вступить в разговор с посетителями. Джеймсон говорил, что Англию следует познавать не как поэтическую условность, а народ ее не как абстрактную политическую категорию, Джеффрис был с ним вполне согласен. Завсегдатаи казались людьми малоинтересными, но Джеймсон уверял, что интерес приходит постепенно.

А тут еще зарядили дожди.