Через две недели ее вертели в руках два исследователя Пушкина, которых многие осторожно звали пушкинианцами. Это ремесло перешло им по наследству; к этой профессии они приучали и своих детей обоего пола.

- По-моему, Пушкин, - уверенно сказал один из них, прочитав бумажку, и фамилия похожая: Пушкин, и год подходящий...

- Опять же по козе видно, - согласился другой, - кто, кроме автора "Полтавы", мог так нарисовать это простое животное?..

- К тому же этот ритм в стихах:

Был у тебя. Поедем завтра к Д.

- Это, кажется, проза...

- Это проза? Ну, знаете... Тут даже не поэт окончание припишет: сегодня я, а завтра ты в беде... Слышите?

- Что ж я, не пушкинианец, что ли?! Слышу.

- Дополним?

- Воспроизведем.

- Издадим?

- Может быть, вы думаете, что я миллионер, что у меня по особняку в кармане, чтобы я стал спорить?..

Приблизительно через месяц в одном из журналов, печатавшем большей частью варианты ненаписанных стихов гениальных людей, появилось новое неизданное стихотворение Пушкина. Из уважения к автору оно было названо посмертным.

Стихотворение имело, после тщательной обработки его, приблизительно такой вид:

NN! Когда 6 ты приволок

Мне чистый носовой платок.

О Пушкин, друга пожалей

И оставь у прислуги (вариант: - прислуге) семь рублей.

Был у тебя, поедем завтра к Д.

И будем оба мы везде.

Опричник. Грозный. - Тема вот.

Лес, монолог большой, народ.

Был я. Приду к тебе опять.

Играть. Кидать. Пытать. Шагать.

Споров по поводу стихотворения почти не было. Некоторые пытались из упрямства приписать его Лермонтову, ссылаясь на нарисованную козу, так как Лермонтов был на Кавказе, где коз очень много, но пушкинианцы не выпускали добычи из зубов, и пришлось им уступить.

Когда неизданные стихи увидел режиссер большого идейного театра с повышенной платой на места, он побледнел, схватил себя за сердце и упал на стул.