- Ишь ты - самодовольно ухмыльнулся Анисьин муж. - Обои... Их ткнешь, а они рвутся... И чего это господа не купят... Ерунду, господин, покупали... Бумагу-то...

Через несколько минут Анисьин муж влез с сапогами на постель и стал прибивать к косяку большой, дугообразной формы, гвоздь.

- Это я для себя, - обернулся он, - прибивать буду проволоку-то, так придержаться... Три рубля одно, а голова другое... Упадешь, разобьешься...

- Хорошо, - уныло сказал я, искоса поглядывая на трещину в косяке, прибивайте там...

Прибив гвоздь, он вымерил расстояние рукой до потолка и сказал, что пойдет ужинать.

- Завтра уж приду... Только лестницу не убирайте, а то спять ставить... Лестница-то никого за руки не хватает...

- Ничего... Ничего, - нерешительно бросил я, - подмести только попрошу...

- Не стоит, - миролюбиво предложил он, - завтра приду, опять насорю... Тоже ведь, электричество...

III

Назавтра Анисьин муж не пришел. Приходила сама Анисья и просила рубль задатка.

- Он сам-то смирный, - таинственно пояснила она кухарке, - выспится и придет... Ничего, говорит, не сгорят без меня...

Зато на другой день он пришел еще раньше, хмурый и, по-видимому, с твердым намерением окончить работу.

- Спать-то не помешаю? - хмуро спросил он меня, кидая молоток на пол, - прощения просим...

- Почему вы вчера не пришли? - недовольно ответил я.

- Вчера, чего вчера... Вчера не сегодня... - неопределенно ответил он, - сегодня и доделаю... Мудреная штука...

- Так вы уж кончайте скорей, - кисло проворчал я, - надоело.

- Самому надоело, - кивнул он, - тоже навязали... Можно сказать, с ножом к горлу...

- Монтер вы, поэтому и позвали...

- И звали бы монтеров, - огрызнулся Анисьин муж, - звали бы, коли они уж так нравятся... Им и делать-то больше нечего...