И на душе у него стало спокойнее.

Он намешал кабану в пойло толченого картофеля, вылил пойло в корыто, переждал, пока тот съест, и вышел на улицу. Надо было бы зайти к старому Ничипору, сказать, что приехал с луга и будет завтра отбывать дворовку. «После зайду, — подумал он, — сперва развяжусь с лугом». И медленно побрел по улице.

Возле колодца он увидел мальчишек; подбрасывая вверх какую-то птицу, они с криком гонялись за ней, а когда она начинала ковылять по земле, накрывали ее шапкой. Он остановился и позвал их к себе. Мальчишки притихли, сбились в кучку. Потом, сказав что-то дружкам, к Максиму подбежал сын бригадира Стась — самый смелый из всех, рослый, в замусоленной шапке, надетой козырьком назад.

— Это вы нам кричали, дядька Максим?

— Носитесь тут, — сказал он, — птицу мучите…

— Это кароза, — сказал Стась, — а по-научному — сойка.

— Кароза, сойка — все равно, — сказал он. — Вы мне лучше одно дело сделайте…

Стась поправил на голове шапку и, переступив с ноги на ногу, шмыгнул носом.

— Какое дело?

— Оббежите дворы и скажите, что я приехал с луга, что мужчины просили, чтобы…

— Ого, дядька Максим, хитрые вы, — сказал Стась. — Что у нас — ноги купленные?

— Глянь, разумник какой!.. Я вам топтуху дам, сходите на рыбу.

— Правда, дадите? Не обманываете, дядька Максим?

— Ты лучше слушай. Я тебе сейчас все расскажу по порядку. Только смотри не забудь…

Он объяснял, кому и что необходимо передать, а Стась все кивал головой и шмыгал носом…

— Так не забудешь? Смотри мне…