А тут еще разразился скандал с публикацией в газете "Круглые сутки" паштетовского фельетона. Все сотрудники редакции тайком подрабатывали в "Круглых сутках", включая и Добкина и Машную и Жору Мирзаяна и даже ни хера не соображавшего Сан Саныча Бухих. Однако все публиковались в "Круглых сутках под псевдонимами. Машная подписывалась как Марина Женатова, а Добкин подписывался Львом Розовым. Но Паштетов то ли был сильно пьяным, когда носил туда свой материал, то ли имел какую то свою тайную цель, однако фельетон вышел в газете конкурентов под его настоящей фамилией. До обеда вся редакция погрузилась в чтение. Фельетон назывался - ДЕДУШКА И ВНУК

Навеяно воспоминаниями о прочитанных в детстве произведениях русских классиков. В молодости дед был очень боевым и дело у него спорилось. А делом всей его жизни была борьба. Борьба за то что бы прибрать к рукам красильную мастерскую, принадлежавшую до этого многочисленной братии в которой дедушка до поры был простым рядовым братком - секретарем областного комитета. На тернистом дедушкином пути к креслу главного красильщика было много взлетов и падений. Особенно тяжелым был момент, когда братки, осознав с кем имеют дело, на одном из последних сходняков поперли дедушку из братии. И когда все братки садились за стол, дедушке подавали кушать из лоханки. Внучек тогда был еще совсем маленьким и по детскому своему неразумению стал вырезать что то ножичком, и когда папа с мамой спросили его, что он такое мастерит, внучек простодушно ответил, мол лоханку мастерю, из которой буду вам потом тоже кушать подавать, когда вас из братии попрут. Внуку надавали подзатыльников, отобрали у него ножичек и на всякий случай послали учиться в Гарвард на экономический факультет. Папа и мама устыдившись немного, и в том была их большая ошибка, назначили дедушку заведующим чуланом. И каширинской красильне настал конец.



7 из 42