– О чем они говорили?

– О каком-то Кара бен Немси. Он и его спутники должны погибнуть.

– Этот человек – я, но продолжай.

– И еще они говорили о хозяине конака из Трески, у которого сегодня вечером собирались остановиться, а еще говорили про одного углежога, имя которого я опять запамятовала.

– Его звали Шаркой?

– Да-да, завтра они хотят остановиться у него. И говорили о каком-то Жуте, которого они звали Кара… Кара… Не помню, как его имя…

– Кара-Нирван?

– Да, они хотят повстречать его в Каранирван-хане.

– Вы случайно не знаете, где находится это местечко?

– Нет, они ничего об этом не говорили. Но они вспоминали о брате, которого один из них хотел там встретить. Они тоже называли его по имени, но я, к сожалению, не помню его.

– Быть может, его звали Хамд эль-Амасат?

– Так оно и есть, так его звали. Но, господин, ты знаешь больше меня!

– Да, я многое знаю и, задавая тебе вопросы, лишь хочу убедиться, не ошибаюсь ли я.

– Они говорили и о том, что в этом Каранирван-хане держат взаперти одного купца, от которого хотят получить выкуп. Вспоминая его, они смеялись, ведь даже, если он заплатит деньги, ему все равно от них не уйти. Они хотят выжать из него все, пока у него ничего не останется, а потом прикончат его.

– Ах! Так я и предполагал. Как этот купец попал в Каранирван-хане?

– Этот Хамд эль-Амасат, как ты его называешь, сам заманил купца.

– Они не вспоминали, как зовут купца?

– Это было какое-то иностранное имя, и потому я не удержала его в памяти; к тому же я так сильно перепугалась.

– Но если ты снова услышишь его, ты, может быть, вспомнишь, то ли это имя?

– Наверняка, господин.

– Оно звучит «Галингре»?

– Да-да, так оно произносилось, я точно помню.

– Что еще они говорили о своих планах?