- Твое время давно уже настало. Кроме Косыгина ты еще с тысячами мужиков переспала. Сучка негодная, не даешь никому работать, достала уже парней всех...
На глаза "нашей старушки" навернулись слезы, и, глядя в сторону, она наконец-то выговорила:
- Да оставьте вы людей в покое, ради Аллаха, почему вы меня ненавидите, ну почему?
Тут заплакала "наша старушка" и ушла...
Поймала она нас на выходе из рынка. Рассказывала, каким мужиком был Косыгин. "Не верьте вы этой стерве, не была я его любовницей, с ума по мне сходил, да и я тоже, был готов ту воду испить, в которой я ноги мыла... да и я по сторонам не смотрела, ждала, может удосужится с ним встретиться, соединиться, удосужится, чтобы Косыгин моим стал, а что ему поделать было... Но и так модно было иметь любовницу, в Кремле все этим занимались, но тогда не должно было быть у тебя второй жены. А у меня и не вышло стать женой; да будь проклят тот строй, который не позволяет делать любовницу своей женой. А сейчас я свободна, вот была бы сейчас молода, да и не жалела бы, что женой никому не стала, гуляла бы в свое удовольствие. А теперь засматриваюсь на тебя с упованием, ведь в самые тяжкие времена я среди этих фруктов жила..."
...
Немного спустя, неслись мы по улице Новый Арбат на машине, багажник которой был забит цитрусовыми...
3. Обрывок
Несмотря на то, что все большие двери театра выходили на северную сторону, узкая и высокая служебная дверь смотрела на запад. Приходил я, когда смеркалось. Моей обязанностью было отвечать на звонки после 6 часов вечера и забирать одежду актеров в гардероб. Но я пока не видел, чтобы какой-либо актер сдал хотя бы одну свою вещь в гардероб.