– И что это получается? Что нас здесь ждали?

– А вот это я уже не знаю… И когда эти мины ставили, я тоже не знаю!.. Вполне возможно, что самоликвидаторы сработают прямо сейчас… А может, и через сутки…

– А на хрена это нужно?

– Эти «ПОМы» – очень специфические мины, Каха… И ставить их может только очень квалифицированный минер с многолетним опытом!.. Их применяют на наиболее опасном направлении в обороне, но, зная время срабатывания самоликвидаторов, можно использовать и для контратаки… Такие дела… Снять такую мину невозможно – взорвется прямо в руках…

– И что теперь делать?

– Не знаю, Кабарда! Не знаю!..

Они сидели на своих пятках, смотрели на страшную находку и думали…

И вдруг…

Но ведь кого-то же из них двоих должно было осенить! Да просто обязательно!.. И если на прапорщика давил груз знаний и опыта, то Каха был от этого пресса свободен, потому и мог выдвигать самые бредовые идеи…

– Слушай, Зураб… У нас же осталось четыре мотка лески после тех «лягух», что мы переустановили…

– И что нам от той лески?

– А давай к одному из концов этой мины привяжем леску и перетянем ее через эту тропу, а?

Зураб внимательно посмотрел на Каху, потом на мину, и вдруг его лицо расплылось в улыбке:

– А ведь может получиться!.. Леска будет перпендикулярно нити датчика, и тогда… Дернул за леску – значит, дернул за датчик! А ему много-то и не надо! Ай, молодец, Каха! Ай, молодец!

Они провозились еще почти час, но сумели найти и перенаправить еще две такие же «помки»…

…Усталые, но довольные собой, они вернулись на плато к своим, где тут же нарвались на разнос капитана Игнатьева:

– Где, бля, вас фуи носили, дети гор? Я уже здесь на говно весь изошел! Два часа назад отправил за вами саперов, так они доложили, что тут на склоне кругом мины и пройти невозможно, бля!

– Сопляки твои саперы, Миша…

Капитан не обратил никакого внимания на замечание Зураба:

– А на склоне гробовая тишина, мать вашу! Ни выстрела, ни взрыва! И что я должен, бля, думать?! Уходили на час, а пропали на четыре!