Ослепленная, задыхаясь, я встаю на ноги. Глубина около метра. Не успеваю отдышаться, как большая волна бьет в спину и бросает меня на дно. В опасной близости к стеклу маски у самого лица проносится песчаная площадка, усыпанная битой ракушей. В следующий момент волна поднимает меня на гребень и опять кидает в заросли травы.

То плывя, то идя по неровному дну, раздвигая руками густые травяные стены, стараюсь пробиться вперед. Через несколько десятков метров заросли кончились. Теперь дно покрыто крупными камнями, обросшими короткими, жесткими водорослями. Ноги скользят на камнях, проваливаются в узкие расщелины. Тут можно сломать ноги, разбить маску или получить сильные ушибы, если волной бросит на дно.

Вода по-прежнему мутная, а волны стали еще выше. Темная полоса чистой воды маячит далеко впереди. Упорно рвусь к ней, не думая об обратной дороге. Но море имеет в запасе еще одно препятствие: дно начинает заметно повышаться, а пройти по каменистой отмели, над которой ряд за рядом движутся тяжелые валы, очень трудно.

Приходится отступить. В награду за это море посылает мне первого своего обитателя — между камнями, в углублении дна, лежит ярко-лиловое животное с пятью длинными, заостренными лучами. Это амурская морская звезда. Я узнала ее по рисункам.

Успеваю подхватить ее до того, как сверху обрушивается Очередная волна. Мне казалось, что звезда должна быть мягкой, плюшевой на ощупь. Ничего подобного. Она жестка и корява, как шероховатый кусок дерева. «Вероятно, она мертва и застыла в той позе, в которой ее настигла смерть», — думаю я, пробиваясь через прибой.

Когда движешься навстречу волнам, можно заранее приметить особенно крутые и высокие гребни и приготовиться

к встрече с ними. Идя же обратно к берегу, приходится все время оглядываться, ожидая каждую минуту, что набежит «девятый вал», накроет с головой и собьет с ног.