Что касается моего постоянного спутника Сириля, то он мне названый брат. Мы родились 32 года тому назад в один и тот же день в Эскренне, маленькой деревушке в департаменте Луаре. Нам было по 15 лет, когда Сириль в течение нескольких дней потерял обоих родителей. И тогда моя мать его усыновила. С тех пор он не покидал нашей семьи. Прошло много лет, и его привязанность ко мне еще больше возросла. У него доброе сердце, каких мало. Рост Сириля 5 футов 10 дюймов , торс атлета. У него небольшие серые глаза, его крепкие ноги не знают усталости. Сириль умен, хитер, отчаянно смел, но благоразумен, как крестьянин себе на уме, даже самые неожиданные события не нарушают его неизменно безмятежного спокойствия.

Он в восторге от участия в нашем путешествии хорошенькой ирландки по имени Келли, служанки мисс Мэри. которая пожелала сопровождать братьев и дядю в надежде застать отца в живых.

Если присутствие красотки и восхищает Сириля, то на помощника сэра Рида по организации каравана он бросает косые взгляды и ворчит по поводу его присутствия. Этот тип – немец. Их много в Австралии. Сириль, который носит ленточку военной медали, полученной за мужество, проявленное в битве при Шампиньи, ненавидит пруссаков, и не случайно. Его кожаная каскетка прикрывает рубец, пересекающий лоб, и хотя вюртембергский драгун, сабля которого нанесла рану, заплатил за это своей жизнью, Сириль питает сейчас столь же острую ненависть к немцам, как и во время памятного для него сражения

Герр Шэффер, высокий блондин с бесцветной внешностью, лет сорока, производит впечатление опытного человека. Он давно служит управляющим у сэра Рида, который всегда его хвалит за честность и сделал своим помощником в караване, потому что тот хорошо знает равнину Бюиссон. Среди путешественников еще четыре немца, остальные, кроме меня и Сириля, англичане и один канадец. Мне – а я очень верю первому впечатлению – герр Шэффер тоже весьма неприятен.