– И выдержал?

– Так точно!.. Это мне только потом плохо стало...

– А до погружения, значит, было хорошо?

Сергей помялся немного и признался наконец.

– Плохо было... – сказал он и тут же остро взглянул на лейтенанта. – Только я с Сашкой вместе призвался, и мы всегда погружались в паре! Если бы я не пошел тогда, то и Санька со значком пролетел бы...

– Кто такой Санька?

– Матрос Наливайко.

Атас внимательно посмотрел на Сергея:

– Не хотел, значит, друга подставить?..

– Так точно!

– А если бы захлебнулся?

– Так Санька же рядом был!

– Значит, вы команда?

– Наверное... – пожал плечами Сергей.

– Значит, так! – лейтенант, видимо, принял какое-то решение. – Раз вы команда... Доложишь Бабичу, что я за нарушение дисциплины объявил вам обоим по два наряда вне очереди.

– Есть два наряда вне очереди!

– Хм-м... Команда...

Офицер прошелся по крохотной канцелярии и остановился в метре от Сергея:

– Ты в школе как учился?

– Средне... – признался Сергей.

– А с химией и физикой у тебя как было?

Вот тут-то матрос и расплылся до ушей:

– А с этим – «отлично»!.. Я вообще механику люблю всякую, а с химией... Реакции там всякие... Раз как нахимичил, чуть полшколы не взорвал!.. Целый угол как зубами кто выгрыз!.. Хорошо, хоть не узнали, а то точно выгнали бы...

– Зубастый, говоришь? – улыбнулся взводный. – И плаваешь, как барракуда?

– Мастер спорта...

– Ну, что ж... Плыви, Барракуда, к старшине, бери на буксир своего Сашку и вперед, на камбуз к шефу – на «ЧК»!

– Есть!

– А потом мы разберемся, как применить твои пристрастия к химии и физике...

... С того самого момента Сергей и стал Барракудой. И никто никогда даже не и пытался оспорить это его новое имя – очень уж «зубастым» оказался этот паренек... А «школьные пристрастия» с подачи лейтенанта пошли Сереге на пользу – теперь его все больше и больше тренировали именно в минно-взрывном деле...