— Чего с ним делать-то, — Витька смотрел на товарищей.

— А давайте его в спирт кинем, — озорно подмигнув, сказал Ибрагимов, — говорят, когда рака в водку кидаешь — он сразу краснеет. А потом приколем кого-нибудь.

Сказано-сделано. Рак действительно тут же покраснел и только тупо шевелил усами на дне кружки. И вот тут, как по писанному на ловца пришёл зверь. В тамбур в майке и клетчатых тапочках ввалился, о ком писали все газеты, подполковник Царёв — собственной персоной.

— Иваныч, хлебни из нашего кубка, — сотрясаясь от внутренней дрожи, протянул кружку подполковнику Саня Ибрагимов.

— А чё это? — осторожно спросил Царёв.

— Это наши слёзы, Иваныч, — продолжал Саня.

— Понятно, — Царёв понимающе подмигнул, — можно, — и подполковник доверчиво поднёс кружку ко рту. Но, увидев на дне ёмкости огромное скрюченное чудовище, шевелившее щупальцами, и, зырившее на него из небытия, Царёв, содрогнувшись, уронил кружку на пол и, громко икнув, умчался в ужасе, голося что-то нецензурное и махая руками. Видно подумал, что его посетила «белочка».

— Испили, блин, чарочку, — Витька укоризненно посмотрел на своих товарищей, подбирая кружку с пола. Но товарищи тряслись от хохота, повалившись на бок и вытирая слёзы…

Глава 4

— Слезайте, граждане, приехали — конец, — пропел, трогая Сергея за плечо, лейтенант Трофим Лямин. Сергей даже не заметил, как колонна остановилась. Трофим, ехавший в другой машине, теребил его, встав на колесо «Урала».

— Проснись, Серёга. Станица Червлёная. Выйди — разомни ножки. О-хо-хо.

— Сейчас, — Сергей встал в кузове, — Воеводин, в боевое охранение колонны.

— А чё я то, товарищ капитан, — недовольно проворчал Воеводин, но одним прыжком выскочил из кузова на землю.

— Много текста, — кинул ему вслед Сергей, и, обращаясь к Трофиму, — да я здесь постою — покурю.