Славин открыл глаза, наморщил лоб, вспоминая, где он, и, наконец придя в себя, начал обуваться.

— Китель не надевайте, пойдемте во двор, умойтесь.

Лейтенант молча пошел за сержантом, у которого через плечо было переброшено полотенце. Они вышли во двор, окруженный высоким дощатым забором, и Славин изумленно остановился. Яркое солнце уже пригрело землю, и цветы возле забора показались ему особенно яркими. В дальнем углу у небольшого сарая стояли три лошади, между ними, игриво подбрасывая задние ноги, бегал жеребенок. Увидев людей, он подбежал к ним и доверчиво ткнулся Славину в бок. Сержант засмеялся:

— Орлик знакомиться пришел.

Славин погладил жеребенка, и тот поскакал вдоль забора.

Владимир вдохнул полной грудью и подставил лицо яркому ласковому солнцу. Чистый утренний воздух был насыщен запахами сена и цветов. Все это сразу же почувствовал горожанин. Стояла удивительная тишина, нарушаемая только фырканьем лошадей да топотом ног шаловливого жеребенка. На душе стало спокойно и даже как-то радостно.

Славин с удовольствием умылся холодной водой, которую лил ему из ведра сержант, затем вернулся в кабинет и привел себя в порядок. Через несколько минут Славин вместе с дежурным пили чай. Сержант подвинул поближе банку с медом:

— Ешьте, мед силу человеку придает.

— Спасибо. А вы давно здесь?

— Я родился в этих краях. Работал на лесозаготовках, потом на шахте, а за четыре года до войны в милицию пришел. На фронте дважды был ранен, но до Праги дошел. Ну, а после войны опять в милиции...

Славин поднялся из-за стола.

— Ну, спасибо вам! Поел как следует. Пожалуй, весь день есть не захочу.

— Пожалуйста. Мы с вами, кажется, вовремя завтрак закончили. Гляньте в окно, начальник идет.

Славин увидел, что к зданию подходит майор, голову он держал как-то неестественно прямо. Лицо заросшее: большая борода, пышные усы.

— Да, немолодой он у вас, — пробормотал Владимир.