Буяльская, получившая в виде задатка жемчужное ожерелье и золотое кольцо с бриллиантом, усердно виляла задом, сочилась нежностью и при каждом удобном случае восхваляла внешние данные и, главное, половые способности Бобкова. (Кстати, насчет «мизинца трехлетнего младенца» Совков был абсолютно прав.) Вячеслав Олегович – тощий прыщавый коротыш, лет на пять старше Совкова, нежился в потоках лести и млел от счастья. Светлана именовала его Славусик.

– Ты настоящий мужчина! Сегодня ночью я вся обкончалась! – беззастенчиво врала она. – Не то что ублюдок Совков!

– Разве он хуже? – заранее зная ответ, горделиво выпячивал чахлую грудь Славусик.

– Не то слово! Совков законченный импотент, к тому же вечно воняет потом и винным перегаром! – лебезила куртизанка. – Ах, какой красивый перстень ты мне подарил! К нему очень подойдет бриллиантовое колье, которое я видела недавно в ювелирном магазине. Ты такой добрый, такой великодушный! – Буяльская всегда предпочитала сразу брать быка за рога.

– Гм, гм, посмотрим, – важно тянул Бобков. – Нужно самому взглянуть, дабы какую-нибудь хреноту не подсунули!

– Конечно, конечно! – услужливо поддакивала Светлана, уже предвкушавшая, как раскрутит на полную катушку этого недомерка. – У тебя, милый, прекрасный вкус!

В свою очередь, Бобков, хоть и отличался исключительной жадностью, на первых порах (пока новая любовница не приелась) разыгрывал из себя щедрого джентльмена и не спешил развеивать радужные надежды куртизанки...

«Идиллия» разрушилась в три часа дня. Во двор вкатила новенькая иномарка. Из нее вылезли четыре бандитского вида личности и деловитой походкой направились к дому...

* * *

Хотя бригады Н-ской группировки, как правило, не принимали непосредственного участия в наездах и большинстве стрелок (за исключением наиболее серьезных), но на сей раз Владимир Королев решил заняться Бобковым лично, уж больно развеселила его идея Свирида, да и к Совкову (как, наверное, помнит читатель) Король испытывал застарелую антипатию.



9 из 35