ждала заветного бала… Сбил с ног. Упала навзничь в грязь. Ни капли не расплескала. * * * Крепко-накрепко забыто. Вспоминать не смей! Молоко пропало быстро. Муж еще быстрей. Отоспись! — Проклятый снится. Удались! — Куда? Помолись! — А как молиться? — Грудь пустым-пуста. * * * Доченька моя худенькая, съешь ложечку за папу, он для тебя не поскупился на лучший сперматозоид. Доченька моя щупленькая, ложечку — за второго папу, он для тебя потрудился — сделал тебе сестренку. Доченька моя тощенькая, ложечку — за третьего папу, он для тебя постарался — увез от тебя маму. Доченька моя чахленькая, ложечку — за четвертого папу, пока он платит по счету за мирный семейный ужин. * * * Отцветающая мать, не перечь юнице, не пытайся удержать солнышко в темнице. Ей — сиять и согревать всех, кого попало, мне — в потемках доставать второе одеяло. * * * Тоска и скука густой, усталой, остывшей крови… Роди мне внука, и я оставлю тебя в покое, роди мне внука, роди мне внучку, роди мне двойню, зазнайка, бука, лентяйка, злючка, гуляка, соня! * * * — Еще не знаю, за кого, уже знаю, в каком платье: сине-белом, без рукавов,