За стеной выключили радио. Наступила мёртвая тишина.

Странные чувства переполняли Пола. Он только что расстался с детством и теперь стоял на перепутье. Голова у него шла кругом, он был полон жизни, её владыка и судья.

За стеной послышались шаркающие шаги.

— Так… — сказала женщина.

— Шарлотта, — с тревогой в голосе произнес мужчина. — Дорогая, я клянусь…

— Я люблю тебя, — с горечью сказала она, — давай помиримся и начнем все заново.

— Послушай, — в отчаянии сказал он, — это другой Лемюэль К. Харгер. Должен быть другой!

— Хочешь, чтобы твоя жена вернулась? — спросила она. — Ладно, я уйду с дороги. Она может взять тебя, Лемюэль, бесценное ты сокровище.

— Это, наверно, она сама позвонила на радио, — сказал мистер Харгер.

— Она может забрать тебя, лживый бабник, двуличный Лохинвар

— Шарлотта, положи пистолет. Ты будешь жалеть об этом.

— Ну ты, слизняк, это уже мое дело.

Раздались три выстрела.

Пол выбежал из квартиры и столкнулся с женщиной, вылетевшей из квартиры Харгеров. Это была высокая белокурая женщина — мягкая, растрёпанная, как расстеленная кровать.

Женщина и Пол вскрикнули одновременно. Пол рванулся в сторону, но она крепко схватила его.

— Хочешь конфетку? — диким голосом спросила она. — А велосипед?

— Нет, спасибо, — резко ответил Пол. — Сейчас нет.

— Ты ничего не видел и не слышал, — сказала она. — Ты знаешь, что случается с доносчиками?

— Да! — закричал Пол.

Она выгребла из своей сумочки благоухающую смесь из косметических салфеток, заколок для волос и денег.

— Вот, — задыхаясь, сказала она. — Это тебе, и будет ещё, если ты будешь держать язык за зубами.

Она запихнула деньги в карман его брюк, сверкнула на Пола яростным взглядом и вылетела на улицу.