В Чауле Никитин задержался ненадолго. Сделал записи в своём дневнике и двинулся дальше, в сторону Декана, гористой области южной Индии, стремясь пройти к городу Пали, а оттуда в старинный город Джуннар.

Труден был этот путь. Шли проливные дожди. Но добрый конь все время выручал Никитина.

В Джуннаре с Никитиным случайно встретился, проезжая по улице в своей золочёной колеснице, сам наместник Асад-хан. Увидел он тонконогого гривастого красавца-жеребца, залюбовался им. И вдруг знаком приказал Никитину приблизиться.

— Такие неверные, как ты, — сказал, — не должны владеть хорошими лошадьми. Я оказываю тебе, недостойному, очень высокую честь. Я разрешаю тебе подарить этого коня… мне!

— Я русский, — ответил Никитин. — Почему, хан, ты называешь меня неверным? Я не могу подарить этого коня, потому что в нем все моё богатство и потому, что он мой спутник и друг в дальней дороге…

Асад-хан кивнул своим слугам:

— Препроводите этого неизвестного человека во дворец.

Никитин понял: нежданно-негаданно приключилась с ним страшная беда. Наместник — полный властелин в этом краю. Спорить с ним — значит рисковать жизнью. Однако что оставалось делать беззащитному путнику на чужбине? Никитин решил не сдаваться. Он будет протестовать. Он расскажет хану о могучей Руси. Так ли должны встречать здесь, в Индии, мирных торговых гостей из этой далёкой страны?..

Слуги Асад-хана увели жеребца, колесница наместника укатила, а когда Никитин пришёл ко дворцу и спросил, как ему пройти к властителю, вооружённые до зубов охранники изумились:

— В своём ли ты уме, чужестранец?! Разве светлейший Асад-хан снизойдёт до беседы с тобой?! Ступай себе с миром и будь здоров. Асад-хан не любит подобных просьб.

Но Никитин не удалялся от дворца. Он решил выждать, когда хан выедет на утреннюю или вечернюю прогулку, и снова потребовать своего жеребца. Он будет рассказывать всем встречным о том, какое несправедливое дело совершил хан. Пускай закуют его в кандалы — русский человек нисколько не испугается хана.