Сообщения различных авторов по одному и тому же вопросу пестрят порой расхождениями, словно рубище нищего заплатами, вовсе затемняя от нас истину. Кто в таком случае возьмет на себя смелость авторитетно поручиться за полную достоверность тех или иных исторических фактов, преподнося их в качестве безусловной и непреложной аксиомы? Не будет ли более верным вести речь лишь о некой «сумме вероятности» наших познаний по поводу того или иного предмета?..

«Ничто так не далеко от истины, как слишком укоренившееся мнение, будто писатель только и делает, что изобретает всевозможные истории и происшествия, снова и снова черпая их из неиссякаемого источника собственной фантазии. В действительности же, вместо того чтобы придумывать образы и события, ему достаточно лишь выйти навстречу, и они, неустанно разыскивающие своего рассказчика, сами найдут его...» — писал Стефан Цвейг.

Один из великих древних довольно точно подметил, что лишь очень немногие события происходят в нужное время, а масса событий и вовсе не происходит. Задача же сознательного историка состоит как раз в том, чтобы устранять по мере возможности эти недостатки. Курьезно по изложению, но отнюдь не по сути... Впрочем, прошу не счесть это за признание в умышленном отступлении от исторической правды. Выражаясь словами современника героев сего повествования, виконта д'Аршиака, автор «исходил из точных показаний источников и строго намечал границы воображению свидетельствами исторических документов».

События настоящего повествования относятся к тем временам, когда люди плавали по морю преимущественно на парусных судах и в кожаных байдарках, посуху же перебирались на лошадях, месках и в собачьих упряжках; когда даже искушенные в премудрости знания ученые мужи порой не очень ясно представляли себе местонахождение и соотношение многих земель и вод, не говоря уже об обитателях тамошних разумных и не очень...