В тропиках ведь нельзя долго держать тело. Я достала у китайцев гроб, солдаты вырыли могилу за фортом. Когда вернулся мистер Фрэнсис, прошло уже два дня после похорон. Он был еще совсем мальчик. Я могла делать с ним что хотела. Я сказала, что нашла Гарольда с парангом в руке и что, видимо, он зарезался в припадке белой горячки. Я показала ему и пустую бутылку. Слуги подтвердили, что он пил все время, пока меня не было. То же самое я рассказала в Куала-Со-лор. Все там очень жалели меня, а правительство назначило мне пенсию.

Несколько минут никто не говорил ни слова. Наконец мистер Скиннер попытался взять себя в руки.

- Я юрист. Я обязан стоять на страже закона. У меня есть мой профессиональный долг. Наша фирма всегда гордилась своей репутацией. Ты поставила меня в чудовищное положение.

Он мямлил, с трудом ловя фразы, разбегавшиеся в его смятенном мозгу. Миллисент обдала его презрительным взглядом.

- Что же вы намерены делать?

- Убийство есть убийство. Я не могу попустительствовать в таком деле.

- Глупости, папа, - резко сказала Кэтлин. - Не пойдете же вы доносить на родную дочь.

- Ты поставила меня в чудовищное положение, - повторил он.

Миллисент снова пожала плечами.

- Вы сами требовали, чтобы я рассказала вам правду. Да и слишком долго я несла эту тяжесть одна. Пора вам разделить ее со мною.

Дверь отворилась, и заглянула горничная.

- Машина у крыльца, сэр, - сказала она. Кэтлин сумела найтись и ответить что-то, и горничная ушла.

- Что ж, поедем, - сказала Миллисент.

- Но я не могу сейчас ехать в гости, - с ужасом воскликнула миссис Скиннер. - Я слишком взволнована. Как мы будем смотреть Хейвудам в глаза? А епископ? Он ведь захочет с тобой познакомиться.

Миллисент равнодушно повела плечами. В глазах у нее было все то же ироническое выражение.

- Надо ехать, мама, - сказала Кэтлин. - Если мы не приедем, это будет выглядеть странно. - Она метнула на Миллисент злобный взгляд. - И вообще вся эта история вопиюще дурного тона.