Разве друзья правителей, устраивающие пышные приемы, и те, кто принимает их приглашения и садится за их столы, не носят высокие звания богатых купцов, землевладельцев, влиятельных людей и крупных торговцев? Разве правящие особы не щедры за счет народа к тем, кто не из народа? Разве бывают они щедры не к богачам, дети мои, или вы думаете, что и вам может достаться что-нибудь от их щедрот? Вот и облагодетельствовал один из царей хозяина дворца, пожаловав ему этот дворец, а вы так и остались со своей бабушкой в этой лачуге, которая едва стоит под зимним ветром и крыша которой протекает, как только на нее упадут первые капли дождя!

Сказала и засмеялась, а мы, озорники, захохотали, увидев ее поредевшие зубы, которые время разрушило так, что во рту у нее не осталось и половины зубов, да и оставшиеся были кривые и сточенные.

Рассказывая о царях и их владениях, она пережевывала слова, и каждое вертелось какое-то время у нее на губах, пока не становилось отчетливым, как будто она взвешивала таким образом достоинства и недостатки произносимых ею слов. А когда она вспоминала, как выдавали ее замуж за двоюродного брата, и встречу калыма в десяток овец, которых тут же забрал отец, не оставив ей ни одной и даже не купив ей нового платья... ее охватывала тоска, хотя случилось все это без малого сорок лет назад.

Мы вернули рассказчицу к реальности, чтобы от своей истории она вернулась к истории о царе, и она продолжила:

Удивился царь, услышав рассказанное ему о торговце, а имя его было Хискиль*, и его дворце, но продолжил путь к небольшой лачуге, расположенной у ограды дворца. А торговец последовал за ним на коне, когда узнал, что царь прибыл к нему во дворец, но не вошел в него. Царь велел страже не позволять никому приближаться, когда подъехал он к лачуге, и вышла из нее прекрасная девушка в расцвете своих лет, которую звали Забиба.

Приветствовала Забиба царя и почтительно предложила ему спешиться и воспользоваться гостеприимством. Рядом с Забибой стоял старик преклонных лет, как видно, из ее семьи.