Сначала шла асфальтовая дорога, потом грейдер-щебенка, потом обычная лесная дорога. Тут все и началось. Первой сломалась девчонка, сидевшая за нами на тюках.

- Мальчики мне плохо.

Плохо было не только ей. Машина, натужено взревывая, преодолевала кочки, бугры и ямы лесной дороги. В темном ящике фургона болтались вещи и люди. Яхта в штормовую погоду, видимо, имеет более плавный ход, ну а про существование морской болезни известно каждому. Сервис местного бизнеса был на высоком уровне - в углу фургона громыхало пустое ведро. Вскоре к этому ведру образовалась некоторая очередь. Женщин и ветеранов первой мировой войны пропускали вне очереди. Через пол часа машина остановилась и раскрылись двери.

- Выходите, подышите немного.- Сжалился над нами наш сердобольный шофер. Остановка на отдых предусматривалась сервисом.

- Слушай, я вот чего думаю,- обратился я к Гене.- Сейчас мы полтинник отдадим и у нас останется тридцать рублей на обратную дорогу. Как ты думаешь, нам хватит на билеты?

- Это вряд ли,- уверенно заявил Гена.

- Интересная получается картинка,- стал я размышлять.- И это каким же мы образом отсюда уедем.

Как у адмирала похода почти все деньги находились у меня. И уж как не мне обязывалось продумывать всю перспективу похода. Мысль родилась сразу. Я подошел к шоферу.

- Слушай, мужик. Какая-нибудь почта по дороге будет?

- Будем проезжать одну деревню, там есть почта. Что, маме открытку решил послать?

- Вроде того,- задумчиво ответил я.

Через некоторое время мы прибыли в деревню, последнюю на данном маршруте. Фургон остановился, все вышли. Почта представляла собой деревенскую избу с ржавой табличкой "Почта".

- Схожу я на почту.- сказал я мужикам.

- И я то же,- увязался за мной Санек.

Мы гордо зашли в помещение.