В этот момент появился старый Артур:

- Я не чудовище! Я - Артур Блэр из Феттса* и колледжа Святой Троицы. Я пережил приступ болезни.

Больной слабо пошевелился. Часть его мозга на мгновение вытеснила яд и яростно работала вопреки времени.

- Скоро я умру.

- Утешение в смерти - это религия.

- В жизни нет применения религии.

- Сколько на свете атеистов, сочиняющих статьи во имя братства и всего живущего! Религия в жизни, - либо развлечение и снотворное, либо притворство и мошенничество.

- Я воспитывался пресвитерианином.

- С какой легкостью я перешел в англиканскую церковь!

- И где теперь Бог?

- Где Агнец Божий?

- Где Спаситель?

- Где Утешитель?

- Почему меня не спасли от этого дьявола?

- Примется ли он пожирать меня снова? Чтобы полностью поглотить меня? О, что за чудовищная участь! Для меня совершенно ясно - надеюсь, ты записываешь, Магдалина! - что демон создан изо всех, кто умер от Брайтовой болезни. Кажется, я один раз видел чавкающую трясину кровавой жижи.

- Я буду молиться.

Последовало страстное воззвание к Создателю. Столь искреннее, что непочтительно было бы предавать его печати.

И следом - холодный ужас кощунственного выпада против молчащего Бога.

Затем пришла ясная черная мука сознания - абсолютной уверенности "Бога нет!", ей сопутствовала волна бешеной ненависти к людям, которые столь бойко убеждали его, что Бог есть, почти маниакальная надежда на то, что им предстоит страдать больше, чем ему, если такое вообще возможно.